Пишем книгу



Несколько лет назад наша школа

получила письмо от иг. Трифона (Голубых),

настоятеля Задонского монастыря,

в котором сообщалось, что до сих пор

в агиографической литературе нет детского

переложения «Жития святителя Тихона Задонского».

Тогда и появилась у нас мысль самим

переложить «Житие» на язык, понятный детям,

и самим нарисовать иллюстрации.

Это непростое дело было возложено на школьный филологический кружок «Ратобор» под руководством учителя русской словесности Л.О.Малышевой. Была поставлена задача так пересказать «Житие святителя Тихона», чтобы было интересно и понятно нашим младшим братьям и сёстрам. А поскольку все маленькие дети любят книжки с картинками, мы решили сопроводить наш пересказ собственными рисунками. Между собой мы разделили весь текст на несколько фрагментов и каждый принялся за свой участок работы.

Основой нашей работы стала книга «Святитель Тихон Задонский. Житие и акафист», изданная в 2011 году Задонским Рождественско-Богородицким мужским монастырём и подаренная нам игуменом Трифоном. С Божией помощью и молитвами святителя Тихона пересказ этой книги осуществился силами учениц 8 класса: Алены Лопыревой, Марии Зверевой, Александры Шипулиной, Екатерины Анциферовой, Дарьи Богославской.

ЖИТИЕ СВЯТИТЕЛЯ ТИХОНА ЗАДОНСКОГО ДЛЯ ДЕТЕЙ,

переложенное и проиллюстрированное детьми

(фрагмент)

автор – Мария Зверева


Святитель Тихон почувствовал, что поправился и сразу написал письмо в Петербург. Он сообщил архиепископу Гавриилу, что его здоровье окрепло, что он снова может служить в прежней должности. Очень скоро был получен ответ. Владыка Гавриил предлагал отцу Тихону стать настоятелем Иверского монастыря на Валдае. Отец Тихон согласился и уже написал владыке Гавриилу ответ, но всё никак его не отправлял.

– Благословите отправить, владыко! – уж не раз просил его заботливый келейник.

– Не торопись, Василий, не спеши! Пусть полежит. Подумать ещё надо, помолиться. И ты, голубчик, помолись! – вздыхал святитель Тихон и погружался в думу.

Не было мира в душе, одолевали сомнения. «Грех на покое быть, ведь здоров! Надо ехать! Настоятель на Валдае! Братию воспитывать, храм строить. Суета! А молитва?! Уж не до молитвы будет! Господи, вразуми! Владыко, не оставь!» В таких размышлениях-молитвах проходили дни. А письмо всё лежало и лежало.

Святитель Тихон поглядывал на письмо всё тяжелее, молился всё горячее, и слёзы не высыхали на глазах его. Глядя на любимого Владыку, страдал и молился его верный келейник Василий Чеботарёв.

Особенно переживал заботливый келейник, когда отец Тихон целыми сутками не выходил из кельи.

– Помоги, милостивый Господи! Уж который день не пьёт, не ест! – сокрушался Василий.

А святитель Тихон продолжал молиться, чтобы узнать волю Божию о себе.

Как-то раз послушник Василий вышел по хозяйственной надобности из монастыря и от души порадовался прекрасной погоде. Небо голубело. Лёгкие облачка неторопливо плыли по небесной лазури. Солнышко ласково улыбалось путнику.

– А мой-то отец…Господи! И кельи-то не открывает! Ох-ох-ох! Уж как-нито, Господи! Милостивый! Управь! – шёл и сокрушался верный келейник.

– Почто унываешь в сей радостный день?! – услышал вдруг Василий голос старца Аарона. Обрадованный, он бросился к старцу:

– Батюшка, благослови!

– Господь благословит! Что за печаль у тебя?

– Батюшка! Отец Аарон! Да ведь тебя Господь послал!

– Знамо дело, Господь! Так что за беда стряслась?

– Ой, батюшка! Мой-то владыка, отец-то Тихон. Не ест, не пьёт, из кельи нейдёт, всё молится, всё рыдает. Слать ли письмо – не знает. Ехать ли на Валдай – не ведает! Ой, батюшка! Ой, батюшка!

– Ну что ты беснуешься! Матерь Божия не велит ему выезжать отсюда!

Василий замер. Когда очнулся, старца уже не было рядом. Послушник бросил все дела и побежал назад, чтобы всё рассказать отцу Тихону.

– Вот прямо так и сказал: не велит, дескать, Матерь Божия и всё тут! – завершил Василий свой рассказ.

– Ну так я же и не поеду отсюда! – вдруг твёрдо сказал святитель Тихон.

Он решительно взял так долго лежавшее письмо и разорвал его:

– Не велит Матерь Божия!

И владыка, уверенный старцем Аароном, отказался и от высокого сана, и от всех почестей.

Только духовные люди понимали, что это решение святителя – подвиг. Таких было мало. А все остальные по-мирски судили-рядили, а то и смеялись. Даже архимандрит Самуил, настоятель Задонского монастыря не понимал:

– Епископ! Епископ! А живёт в монастыре хуже монаха!

Тогда было принято, что уж если епископ, должен быть, как барин: и келья богатая, и одежда, и экипаж. И вести себя должен важно, и знакомство иметь с важными, богатыми господами. Владыка Тихон жил иначе. В келье у него было только самое необходимое. Убранства там не было никакого. Только иконы. Вся постель – ковёр да две подушки. Одеяла совсем не было. Укрывался он своей шубой. Ту же шубу овчинную и носил, опоясывал её ремённым поясом. Ряса у него была одна, обувался он в коты и чулки шерстяные. Чётки тоже были простые, ремённые. Была ещё у батюшки кожаная киса, сумка такая дорожная. Если ему куда- нибудь ехать было надо, он в неё книги клал. И ни к какой вещи святитель не привязывался.